Смотрю фильм (Италия, Германия) о мафии.
Неаполь, окраина, наши дни.
Съемочная группа прежде чем выезжать на натуру, выясняют нет ли там мафиозной разборки. Стреляют.
С ужасом вижу, нет предела человеческой мерзости.
Читаю книгу о событиях, происходящих в наши дни на окраине г. Вашингтона и опять ужасаюсь безграничноcти человеческой мерзости.
На Сицилии молодой хозяин небольшого домашнего пансиона и владелец небольшой оливковой рощи говорит,
- Если мафия захочет отнять у меня мой бизнес, сопротивляться не буду, отдам и уеду в Данию, к брату.
- А разве мафия все еще существует?
- Да она никуда и не девалась, просто она перешла во власть.
И что самое шокирующее - жестокость, цинизм бандитов спокойно уживаются с верой и сопливой сентиментальностью
Пы.сы. Начинеешь с чувством симпатии вспоминать Дона Карлеоне.
Неаполь, окраина, наши дни.
Съемочная группа прежде чем выезжать на натуру, выясняют нет ли там мафиозной разборки. Стреляют.
С ужасом вижу, нет предела человеческой мерзости.
Читаю книгу о событиях, происходящих в наши дни на окраине г. Вашингтона и опять ужасаюсь безграничноcти человеческой мерзости.
На Сицилии молодой хозяин небольшого домашнего пансиона и владелец небольшой оливковой рощи говорит,
- Если мафия захочет отнять у меня мой бизнес, сопротивляться не буду, отдам и уеду в Данию, к брату.
- А разве мафия все еще существует?
- Да она никуда и не девалась, просто она перешла во власть.
И что самое шокирующее - жестокость, цинизм бандитов спокойно уживаются с верой и сопливой сентиментальностью
Пы.сы. Начинеешь с чувством симпатии вспоминать Дона Карлеоне.