!

Dmitry Abramson

2 ч.  ·

Сьюзен сидела в кафетерии и внимательно изучала тарелку с едой. Аппетита не было и не намечалось.

Её размышления внезапно прервались. Лиза уверенно отодвинула стул и села напротив.

– Ну что ты решила? – спросила Сьюзен без лишних церемоний.

– А что ты хочешь услышать? У меня ещё есть 3 года. Тебе придётся отбиваться уже в этом году.

– А что сказал Митт?

– Митт будет голосовать «за», даже если все остальные проголосуют «против».

– Кто ещё?

 

( Read more... )

* * *

Офис Ламара Александера был уникален: на стенах висели старинные орудия труда, музыкальные инструменты и кухонные предметы...

– Ламар, ты помнишь, как я проиграл президентские выборы? – Митт начал издалека.

– Да. И мы получили ещё 4 года Обамы.

– Получили. Но конец света не наступил.

– К чему ты клонишь?

– Трампа нужно отправить в отставку.

– Потому что он приведёт к концу света?

– У руля ещё никогда не было такого некомпетентного жулика, – продолжал Ромни. – Я устал от воровства и коррупции. Я не понимаю, что у него за дела с Путиным. И ещё этот вирус в Китае. Если он попадёт в Штаты, Трамп предложит лечить его Хлороксом.

– Митт, ты как всегда утрируешь.

– Ламар, он поставил под угрозу нашего союзника и попытался использовать служебное положение, чтобы замарать своего политического оппонента.

– Ты хочешь, чтоб я признал его виновным, – Ламар не спрашивал, а констатировал факт.

– А ты не знаешь, что он виновен?

– Митт, импичмент – это глубоко политический процесс. Что я считаю не имеет значения. Макконнелл уже сделал расчёт, что наши наилучшие шансы – это оправдать Трампа и дать ему проиграть в ноябре.

– А если он выиграет?

– Он не может выиграть, – парировал Ламар.

– А если он откажется признать поражение? Откажется отдавать власть? – не сдавался Митт.

– И дальше что? Попытается сделать переворот? Прикажет разъярённой толпе штурмовать Капитолий? Не смеши меня.

– Он уже нарушил все традиции и законы. И он практически объявил, что не собирается покидать Белый Дом.

– Я не знаю, Митт...

– Ламар. Ты уходишь на пенсию. Тебе нечего терять. И ты знаешь, что он виновен. Всё, чего я прошу, это проголосовать ровно за то, с чем ты и так согласен.

Ламар молчал, взвешивая все «за» и «против».

– Ты не даёшь мне спокойно уйти на пенсию, - сказал он. - И даже если я проголосую, это будут ты, я, плюс Коллинз и Муркауски. Где ты возьмёшь ещё 16 голосов?

– Это мои проблемы. Но я хочу знать, что могу на тебя рассчитывать.

– Я уверен, что я ещё об этом пожалею.

* * *

Лиза догнала Марту в коридоре.

– Марта, мне нужно знать «да» или «нет».

– Ты просишь, чтоб я выкинула на ветер всю свою политическую карьеру.

Политическая карьера Марты Максалли не сильно впечатляла. С трудом и со второй попытки она выиграла выборы в конгресс. Выборы в сенат она проиграла. В сенате она оказалась благодаря губернатору, который назначил её после смерти Джона Маккейна.

– Ты не сможешь выиграть, если ты будешь продолжать защищать Трампа.

– Лиза, мои избиратели обожают Трампа.

– Ты помнишь, как ты оказалась в сенате? И мы обе знаем, что Маккейн голосовал бы против Трампа. У тебя есть выбор: пойти по его стопам.

– Ты понимаешь, что против меня повернётся вся республиканская партия?!

– Марта, если ты проголосуешь за то, чтобы отстранить Трампа от власти, я лично перееду в Аризону, чтобы помочь тебе в ноябре.

Марта ничего не ответила.

– Я могу рассчитывать на твой голос? – снова спросила Лиза.

Марта Максалли кивнула.

* * *

Телевизор привычно показывал новости. На Фокс Ньюз выступал Джон Корнин:

– Они хотят отменить волю народа, отменить выборы 2016-го года и не дать президенту Трампу баллотироваться в этом году, – рассказывал сенатор из Техаса.

Сьюзен переключила на CNN. Грассли нёс какую-то чушь о том, что доказательств для импичмента недостаточно.

Сьюзен набрала сотовый Ромни.

– Корнин и Грассли?

– Мы можем рассчитывать на обоих – ответил Митт.

– Как ты их уговорил?

– Я сказал, что с ними у нас 20.

«Но у нас только 19», – подумала Сьюзен и повесила трубку.

* * *

Главный судья Робертс занимал почётно-церемониальное место на помосте. Все 100 сенаторов сидели в зале. Секретарь зачитала первую статью обвинения. Началось голосование.

– Господин Александер.

– Виновен.

По залу прокатился шёпот.

– Господин Александер – «виновен», – подтвердила секретарь.

Последовала пауза: может быть сенатор оговорился и сейчас поспешно исправит на «не виновен»? Но Ламар сел на место и не собирался ничего добавлять.

Голосование продолжилось в алфавитном порядке: серия «виновен» от демократов и «не виновен» от республиканцев.

– Госпожа Коллинз.

– Виновен, - произнесла Сьюзен без каких-либо эмоций.

– Госпожа Коллинз – «виновен».

Табло переключилось на 11 – «виновен»: 9 демократов плюс она и Ламар. Но рядом нагло горела цифра 8 – «не виновен».

Сьюзен изучала своих коллег. Где найти ещё один голос?

Пока она думала, очередь дошла до Корнина: «виновен». Корнин сказал это спокойно, но эффект в зале был обратный. Митч Макконнелл обернулся назад. На его обычно бесстрастном лице промелькнули едва заметное удивление и беспокойство. Он подозревал, что Коллинз проголосует против Трампа. Может даже Александер. Но Корнин?

Дальше прозвучало «виновен» от Энзи и Эрнст. Зал оживился. Линдси Грэм подбежал к Макконнеллу. Было понятно, что Митч в такой же растерянности, как и Линдси. Даже демократы с удивлением оглядывались по сторонам.

Тем временем счётчик «виновен» продолжал ползти вверх. Макконнелл потребовал прервать голосование, но Робертс отклонил запрос.

Все демократы, Лиза, Митт, и все завербованные республиканцы по очереди повторяли «виновен». При счёте 66-33 оставался один голос.

– Господин Янг.

Все глаза повернулись на сенатора из Индианы. Он стоял в растерянности, осознавая, что его голос теперь всё решает. Доли секунд казались вечностью.

– Не виновен.

Митт спокойно смотрел прямо. Сьюзен встретилась глазами с Лизой. Столько усилий, и всё напрасно. А Макконнелл такие выходки не прощает.

На телефоне Сьюзен выскочил очередной твит Трампа, но она не успела открыть его, потому что кто-то сказал: «Ваша Честь, я хочу поменять свой голос». Все затихли.

– Я хочу поменять свой голос на «виновен», – повторил Рубио.

«Маленький Марко!» – пронеслось в голове у Сьюзен. В это сложно было поверить. Рубио никогда не пошёл бы против Трампа... если бы не был уверен в результате. Зато какая драма! Он меняет свой голос – решающий голос – в последний момент. 67-33!

Но следом за Рубио вскочил Тед Круз:

– Я тоже меняю свой голос на «виновен».

Дальше последовал Линдси Грэм, но Сьюзен уже ничему не удивлялась. Все лакеи Трампа ждали, пока кто-то другой возьмёт весь риск на себя. Но теперь они хотели растащить все лавры и присоединиться к победителям.

Конечный счёт было 80 с чем-то. На лице Макконнелла бушевали эмоции. Трамп посылал сумасшедшие твиты один за другим. Но это уже было неважно. Мы победили.

Музыка. Титры. Занавес.

---

Конечно, всё было не так. Почти все республиканцы в сенате делали заявления, что Трамп невиновен или недостаточно виновен. О 67 голосах не могло быть и речи. Оставалась надежда на символическую победу 51-49.

Но и этому не суждено было сбыться. Ламар Александер практически признал Трампа виновным, но не посчитал, что этого достаточно для отстранения от власти. Сьюзен Коллинз и Лиза Муркауски колебались до последнего, но всё равно проголосовали против импичмента. Единственным республиканцем, признавшим Трампа виновным, был Митт Ромни.

Подумать только, если бы 20 сенаторов нашли в себе храбрость и принципы отстранить Трампа от власти год назад? Сколько людей можно было спасти от коронавируса? Скольких можно было бы вытащить из культа? Предотвратить штурм Капитолия? Может даже спасти республиканскую партию.

Но вместо этого получилась всего лишь голливудская фантазия.

Завтра начинается вторая попытка осудить Трампа в сенате. На этот раз нужно 17 республиканских голосов. Но предварительное голосование выявило только 5: Ромни, Коллинз, Муркауски, Сасс и Туми. Как и в первый раз, надежды на успех близки к нулю.

А значит Трамп снова выучит тот же самый урок: можно совершать любые преступления, вплоть до попытки переворота, и не нести за них никакой ответственности.

Республиканцы боятся. Боятся за своё кресло. Боятся, что Трамп натравит на них своих сторонников. Боятся, что Трамп выставит против них своего кандидата в предварительных выборах. Боятся, что Трамп организует свою партию и окончательно уничтожит Республиканскую Партию.

Мы должны поменять это уравнение, чтобы вместо Трампа, республиканцы боялись нас. Боялись хорошо финансируемых республиканцев-антитрампистов и демократов.

Поэтому пишите вашим сенаторам, чтобы они чётко знали, кого им следует бояться.